Молодая Энн скитается по рекам вместе с отцом, капитаном плавучего театра. Жизнь их — это ветер, запах воды и вечные гастроли. Но душа Энн рвётся к чему-то большему. Она бросает вызов судьбе и уходит с корабля, оставив позади уклад и тревоги матери. Её ждёт головокружительный взлёт в мире рекламы. Природное обаяние, ум и яркость превращают её в новую звезду. Компании борются за её внимание, а публика влюбляется без памяти. Кажется, она обрела всё, о чём мечтала: успех, признание, блеск. Но за
Ребекка в своем выцветшем платье копается в огороде, а зерно в амбаре сгнило. Она мечтает о другом — о книгах, о разговорах с учителем Харрисом, но мир ей напоминает: картошка сама себя не выкопает. Её жизнь — это трещина на кувшине, что тянется от ручки к краю, как не нарисованная дорога. Буря ломает ветряк, а насос отца Томаса сломан. Всё приходит в негодность. Ребекка шепчет, что могла бы уехать, но вместо этого вытирает масло с механизмов. Утром приходит Уолт с ведром воды — маленькая
Он проснулся в тесной квартире на Садовой. Не в безвременье между мирами, а на продавленном диване. Тело болело, в животе — странная пустота. Это был голод. Грим, привыкший к тишине, теперь слышал гул холодильника и шум машин. Он пытался почистить зубы, глядя в потускневшее зеркало на лицо обычного усталого мужчины. Этот сосуд требовал обслуживания. На лестнице он столкнулся с соседом Петерсоном, старым и больным человеком. Автоматически, по тысячелетней привычке, Грим протянул руку, чтобы