Сергей возвращается в свой город, засыпанный снегом. В кармане — билет до Питера, который он не использовал, и блокнот с аккордами. Дома мать встречает его упрёками: холодильник гудит, а он всё про гитары. Вечерами он склеивает скотчем порванные шнуры, слушая, как за стеной соседи ссорятся из-за долгов. Он находит Диму, бывшего барабанщика, который теперь ковыряется в старой «Волге». Вспоминают, как когда-то играли на свадьбах. В подвале ДК, пропахшем плесенью, собирается их новая группа. Лена,
Семнадцатилетняя Лида проводит дни в гараже под Уфой, чиня отцовскую «Ладу». Её мир — это запах бензина, царапины на руках и вечера с соседом Максимом. Он приносит ей пиво после колледжа, мечтает о группе, а репетирует в подвале котельной, где шипят батареи. Они слушают «Кино» на разбитом плеере, говорят о будущем, которого не видят. Лида прячет бутылку под сиденье — отец выбьет дверь, если найдёт. Однажды Максим достаёт билеты на поезд до Питера. «Сказал отцу, что в армию иду». Лида молча
Это история о людях, которые на сцене перестают быть собой. Они неделями живут в образах мировых звёзд, впитывая каждую деталь — от манеры держать микрофон до тембра голоса. За кулисами — бесконечные репетиции, работа с хореографами и гримёрами, попытки поймать неуловимое дыхание оригинала. Вот на сцену выходит участник, и на несколько минут происходит чудо. Зал замирает, видя не копию, а возрождённый образ. Слышится фирменная хрипотца Высоцкого или узнаётся фирменный жест Фредди Меркьюри. В
Это шоу, где дети выходят на большую сцену, залитую светом, и начинают петь. А из них льётся такой голос, что не веришь своим ушам. Закрываешь глаза — и слышишь взрослого, опытного артиста, всю боль и радость песни. Открываешь — а перед тобой стоит малыш в бантиках или нескладный подросток, и смотрит на тебя серьёзными глазами. Они поют о любви, о потерях, о вещах, которые, кажется, не должны быть им знакомы. Но они проживают каждую ноту. Вот девочка с хрупким, но таким сильным голосом
Сначала — только голос в темноте. Наставники сидят спиной, не видя, кто поёт. Важно лишь одно — пробить эту невидимую стену, зацепить искренностью или силой. И вот — щелчок, кресло поворачивается, и на сцене замирает человек, в глазах у которого — невероятное облегчение и счастье. Потом начинаются битвы. Участники из одной команды поют один и тот же трек, а их наставник мучительно выбирает, кому остаться. Здесь уже нет места сантиментам — только жёсткое сравнение. Иногда прощаются по-настоящему