Япония конца 1930-х задыхается от кризиса и нищеты, страна неумолимо сползает к большой войне. Адмирал Ямамото, командующий императорским флотом, видит эту пропасть и пытается удержать её край. Он единственный из высших чинов открыто говорит, что война с США станет катастрофой, но его слова вызывают лишь ненависть националистов. Каждый день для адмирала может стать последним: покушение грозит отовсюду, и только покровительство императора и бешеная популярность среди матросов пока держат его на
Бутылка оливкового масла на обеденном столе - не просто угощение, а повод для разговора, который определит всё. Семья собирается за трапезой, чтобы обсудить будущее своей фермы. За смехом и привычными шутками скрывается напряжение: каждому есть что сказать, но не каждый готов услышать ответ. По мере того как разговор переходит в откровения, становится ясно: вопрос не в урожае или деньгах. Под тенью оливковых деревьев сталкиваются надежды, обиды и невысказанные просьбы. Кто-то хочет уйти, кто-то
Старый чемодан с надписью «Махороба» стоит в прихожей отцовского дома. Савако, врач скорой помощи из университетской клиники, возвращается в префектуру Исикава после того, как что-то пошло не так. Она устраивается в местную клинику, где работает отец Тору, медсестра Маё и Сэйдзи - тот самый коллега, который уволился следом за ней. Клиника «Махороба» не ждёт пациентов в приёмной. Врачи сами ездят по домам, и Савако впервые сталкивается с медициной, где нельзя спрятаться за аппаратами и
Солнце садится за оливковую рощу, а на веранде собираются несколько поколений одной семьи. Ужин начинается с привычных шуток и лёгких разговоров, но за столом лежит невысказанный вопрос: что дальше делать с фермой, которая была центром их жизни. Каждый из собравшихся тянет в свою сторону. Кто-то видит в земле единственное спасение, кто-то - устаревший груз, а кто-то мечтает уехать, но боится ранить близких. Под звон бокалов и смех постепенно вскрываются старые обиды, невысказанные претензии и
От ударов отца её спасает только переезд в тихий приморский городок. Кико пытается начать заново, но привычка жить в страхе не отпускает: каждое резкое движение прохожего, каждый громкий звук возвращают в прошлое. В новой школе она встречает мальчика, которого бьют дома. Узнавая в нём собственное отражение, Кико сначала отворачивается - слишком больно. Но общая рана оказывается сильнее одиночества. Она подходит к нему на пустом пляже и протягивает руку.