Большое радиовещание в 1938 году (1938)

В студии на двадцатом этаже царила нервная суета. Орсон Уэллс поправлял галстук, вглядываясь в испещренный красными пометками сценарий, сомневаясь, не перебор ли с этими «метеорологами». За окном тускло горел неон, а Джозеф Коттен в углу репетировал реплику о странных вспышках над Гроуверс-Милл. Когда инженер Билл Робертс включил пробную запись с воем сирены, Уэллс приказал ее вырезать — зрители и так перепугаются.

А они и правда пугались. К полуночи у аптеки на углу Бродвея столпилась толпа, вжавшаяся в витринный радиоприемник. Миссис Гаррет из Нью-Джерси, обмотав платок вокруг шеи, кричала в телефонную трубку, требуя забрать детей из школы, пока марсиане не добрались до Мидлтауна. В участке сержант О’Шей, размахивая газетой с анонсом, тщетно пытался образумить перепуганных людей, объясняя, что это всего лишь спектакль. А наутро почтальон Альберт Клайн развозил письма с надорванными марками — люди спешили отправить весточки, пока не отключили телеграф.