Семья Оппенгейм (1938)

Каждое утро Григорий Оппенгейм, инженер с «Красного пролетария», чистил сапоги газетой «Правда». Жизнь в их квартире на Чистопрудном бульваре текла по заведенному порядку, пока в один четверг вечером не пришли в кожаных плащах. Забрали соседа.

Тишина после этого стала звонкой и хрупкой. Рахиль, его жена, шепотом велела сыну Марку собрать книги, но он уже бросал в печь письма и томик Мандельштама. Скоро тень добралась и до них самих.

Григория вызвали в партком. Спросили не о станке, что простаивал из-за немецких деталей, а о синагоге, куда ходила Рахиль. Марка исключили из университета по доносу однокурсника. Лиза, их младшая, отказывалась снимать звезду Давида, крича, что она комсомолка. А Рахиль, разбив любимую чашку, молча собирала осколки в подол.

Потом за Григорием приехал «воронок». В опустевшей квартире надолго остался запах жженого сахара и кожи ремней.