Прелюдия к войне (1942)

В тихом Олбани Джек Бреннон чинил трактор, когда из радио донеслось что-то о бомбардировках. Его жена Марта кричала с крыльца, чтобы он выключил — скоро придут дочкины подруги. Ей было не до далёких войн. А в баре «Кленовый лист» Лора выронила поднос, испугавшись гневного крика лейтенанта Харриса. Он спорил с кем-то о ленд-лизе, о наших танках, которые где-то ржавеют.

В Детройте сестра Джека, Клара, стояла у конвейера. Рядом подросток Томми шептался о том, как его мать променяла отцовские часы на тушёнку, и о своём страхе — сбежать в Канаду, если призовут. Старик Эдгар на почте ворчал, разглядывая криво наклеенные марки на письмах Марты Бреннон — у неё от тревоги дрожали пальцы.

А вечером Джек в сарае, среди запаха масла и пыли, нашёл старую карту. Он долго смотрел на неё, потом обвёл карандашом Тихий океан и спрятал под ящиком с гвоздями. Без слов. Будто это было единственное, что он мог сделать.