Мать Мария (1982)

Жизнь Марии Степановны текла размеренно, у печки, в заботах о соседях. К её порогу то и дело стучались: то Витька с ободранным локтем за йодом, то доярка Анфиса с маленькой Катькой. Её дом был тихой пристанью для всей деревни. Но однажды этот покой нарушила весть: новый скотопрогон должен был пройти прямо через её сад, вырубить деревья, которые она сажала в голодном сорок третьем.

Она не кричала, не спорила. Просто встала на сходе и тихо напомнила председателю Григорию, мальчишке, бегавшему когда-то с пухляком от голода, историю этих слив. Её молчаливая твёрдость оказалась сильнее крика. Старики поддержали её, шепнувшись с бригадиром. А назавтра Витька с друзьями уже таскал камни для ограды, а внук Сергей рисовал плакат. Григорий Павлович бурчал, что она упёртая, но проект пересмотрели. Её тихая воля спасла не просто сад, а частичку общей памяти.