Когда мы восстанем (1 сезон)

Это начиналось в гараже, пахшем краской и ржавчиной. Ричард Ларкин с плакатами «Невидимость убивает», Сисилия Мендоса, спорящая о маршруте марша, Кен Йошида, убеждающий докеров в баре. Они были молоды и горели, пытаясь заставить город себя услышать. После разгонов Сисилия перевязывала раны, а Ричард твердил: нужен врач, иначе следующая акция станет похоронами.

Годы спустя СПИД выкашивал их друзей. Сисилия ставила капельницы в церковном подвале, шепча умирающим: «Ты — человек». Кен, став юристом, пробивал доступ к лекарствам, жертвуя семьей. Их единство дало трещину: Ричард с тростью обвинял других в сделках с системой, Кен огрызался на старого товарища. А Сисилия, найдя на кровати друга табличку с датами его жизни, разбила кулаком зеркало в мэрии — от бессилия и ярости.

Потом, много лет спустя, они стояли у здания суда с листком о легализации браков. Победа в одной битве. Но война, глядя на слёзы Кена, была ещё не окончена. Просто ржавый гараж и резиновые пули остались где-то далеко позади.