Голубой гигант (2023)

Дай из Сендая играл на потрёпанном альт-саксофоне на промёрзшем берегу, веря, что внутри этого хлама живёт джаз. В Токио он нашёл своих людей: пианиста Юкинори, сына дантиста, который раскладывал музыку по нотам, как хирург инструменты, и барабанщика Тамаду с карпом на запястье.

В душной комнате над закусочной сталкивались их миры. Юкинори кричал, что Дай играет, как трактор, и игнорирует ноты, как мусор. Дай огрызался, что Юкинори сидит в клетке из тактов. Тамада лишь хохотал, сравнивая игру Дая с громкостью своего отца в запое.

На сцене важного конкурса что-то щёлкнуло. Дай ушёл в своё соло, про рыбный рынок детства, а Юкинори, всегда такой точный, неожиданно врезался диссонансным аккордом — будто стекло разбилось в такт. Это был прорыв, но после него Дай исчез. Оставил смятую записку: «Иду искать свой саунд». Он снова был в пути, один, с саксофоном, но уже не на свалке, а где-то между небом и землёй.