Ленинградцы, дети мои... (1981)

Зима 1942-го. Ленинград в кольце. В бомбоубежище школы, пахнущем жжёной резиной и щёлоком, трое — Анна, Виктор и Мария — делят скудную пайку, слушают хриплую рацию. Их мир сузился до карты с заштрихованными маршрутами да до слухов о картошке в чьём-то подвале.

Однажды, возвращаясь с водой, Анна и Виктор натыкаются на раненого ополченца. Он, хватая Анну за рукав, передаёт странное сообщение для «рыжего пацана» из турбинного цеха. А ночью Мария стирает окровавленные бинты, шепча о том, что в госпитале нет лекарств, и без стрептоцида — ампутация.

На рассвете Виктор уходит в промёрзший город. Он возвращается с тремя ампулами, снятыми с убитого. Эта находка, возможно, спасла чью-то жизнь, но их собственная уже изменилась.

Через неделю их грузят в грузовик у Ладоги. Водитель бросает фразу о цветущих за озером яблонях. Мария суёт Анне свёрток с воблой, Виктор молча привязывает к чемодану самодельный компас. Их санки остаются у обочины. Колёса увозят их по хрустящему насту — прочь от блокады, в неизвестность.