Новый год, который так и не наступил (2024)

Марко, сербский инженер, борется с погасшими гирляндами на белградской площади. Трансформатор снова сгорел, а в старых скрутках проводов — сажа и чьё-то давнее разгильдяйство. Тем временем Анка из Румынии разгружает ящики с голубцами в забегаловке под Бухарестом. Она первая замечает, что часы над стойкой замерли на 23:47. Стрелки мелко дрожат, но времени больше нет.

Марко бросает работу и едет через перевал. В кармане звонит телефон: это Анка. Она говорит, что в её кофе плавает странная светящаяся субстанция, точь-в-точь как та, что он видел на схемах. На границе таможенник в рваных варежках медлит, его движения вязнут в воздухе. «Часы мои стоят, — тихо говорит он. — Вы тоже это видите?»

Мороз сковывает всё крепче, будто мир провалился в какую-то петлю. Где-то в Трансильвании старик Николае ломает доски заброшенной церкви, чтобы растопить печь. Он бормочет, что такого не было с восемьдесят пятого. А где-то между Сербией и Румынией, в этом застывшем времени, их пути сходятся. Они ещё не знают, что причина — не в морозе и не в сгоревшем трансформаторе. Что-то сломалось глубже.