Человек с покалеченными руками видит только один способ вернуть бывшую девушку: отсечь себе конечности и заменить их новыми, собранными из фрагментов тел тех, кого он находит. Каждая следующая жертва приближает его к цели, но оставляет всё меньше человеческого в том, кем он становится. Отношения здесь строятся не между людьми, а между одержимостью и её ценой. Преследователь не просто охотится, он собирает себя заново из чужой плоти, и эта хирургическая нежность пугает сильнее открытой
Ночной вызов становится точкой невозврата: сотрудница скорой Хейли соглашается выполнить просьбу пациентки об эвтаназии и делает летальную инъекцию. Этот шаг ломает привычный распорядок дежурств и затягивает её в череду заказов, где грань между помощью и преступлением стирается. Хейли, уже надломленная ПТСР, теряет контроль над собственной жизнью, погружаясь в подпольный мир наркотиков. Кто-то следит за каждым её шагом.
В пригородном доме, где тишина должна лечить, Джордан пытается удержать реальность после потери подруги. Мать ведёт её к семейному врачу, тот выписывает снотворное от лунатизма. Таблетки стирают сны, но вместе с ними исчезают часы, дни, лица. Джордан просыпается и не помнит, что делала этой ночью, а вокруг - следы того, чего она не совершала. Тревога не в кошмарах, она в белых пятнах памяти, которые становятся всё шире. Дом, где каждая комната должна быть убежищем, превращается в лабиринт с