Дамский портной (1990)
В мастерской, заваленной корректными выкройками и коробками ниток, Виктор Семёныч кроил бархат. Клиентка, Людмила Петровна, выбирала ткань, придирчиво щупая образцы. Она не хотела синтетику, просила шерсть, как в прошлом году. Из «Спидолы» доносились сводки о дефиците. Мир сжимался до размеров отреза. Виктор Семёныч, уставший мастер с родинкой на щеке, доставал из комода спрятанный крепдешин — добытый за три талона. Это был его негласный капитал, его маленькое сопротивление серости. Вечером