Мне было девятнадцать (1968)

Йонасу девятнадцать. Он ходит на лекции, мнет утреннюю газету, слушает, как мать на кухне режет хлеб. Его мир — это запах жареной картошки и глухие голоса из запрещенного радиоприемника соседа. С отцом они молчат, слова застревают где-то в горле.

С Эрикой, дочерью партработника, они сидят в кафе. Он говорит о запрещенном Сартре, она водит ложкой по кофейной пенке. Есть вещи, которые понимают без слов. Потом на комсомольском собрании та же Эрика опускает глаза и голосует за исключение товарища. Йонас видит это и молчит.

Он помогает дяде Вальтеру с машиной, получает за это пачку сигарет и наказ: «Если спросят — генератор менял». По ночам он пишет письма сестре на Запад, признаваясь в вещах, которые днем боится произнести. А утром рвет написанное и сжигает.

В его комнате на полке лежит потрепанный Ремарк. И когда в дверь стучатся незнакомые люди под видом библиотекарей, их взгляд скользит именно по этим корешкам. Йонас стоит и понимает, что за этим последует. Не страх, а тяжелая, усталая ясность.